4 ноября, среда

Я перебрала вина, хотя лучше бы пила успокоительное. Мой близкий друг в больнице, а я даже не знала об этом до сегодняшнего дня, потому что я пассивный кусок мяса, и никто даже не подумал меня оповестить об этом. С другой стороны, все, что мне было бы нужно - это чтобы другой мой друг написал мне две строчки в письме, но он не находит на это времени. И вот я сижу тут и думаю, какое же невообразимое дерьмо может иногда случатся в нашей голове, хотя кажется, что все в норме. Я просто сижу на стуле и сгораю внутри, желая срочно кого-нибудь уничтожить, и, вероятно, в первую очередь именно себя, ведь все это происходит именно в моей голове. А нормальный человек бы вышел покурил и, пожав плечами, сказал бы: "ну и черт со всем этим".
Далее должна следовать во всех отношениях выигрышная фраза "я бы пошла на балкон покурить, если бы курила", но второй раз невозможно войти в ту же реку. Мне уже не 16, я должна вести себя как взрослый человек, должна держать себя в руках и контролировать свои чувства. А вместо этого мои близкие получают двадцатилетнюю инфантильную девицу, которая ничего не понимает с тем, что с ней происходит, но ужасно злится на мир и на себя от того, что понимание к ней не приходит.

Простите меня, дорогие мои. Взросление или что бы это ни было, проходит болезненно, это довольно банальная мысль. Я все еще остаюсь просто несамостоятельным куском мяса, который хочет внимания, уважения и любви, даже если он этого и не заслуживает; просто потому, что он есть. Я отчаянно стараюсь быть лучше и не цепляться за чужие юбки и штаны, но это не выходит сразу. Все когда-нибудь будут вынуждены через это пройти (или уже прошли). Не надо меня жалеть, да в общем-то это никому и не приходит в голову. Будьте просто что ли снисходительней. Хотя и этого не надо. Короче прочитайте что ли, что я тут написала, и мне хватит.
Спасибо.

3 ноября, вторник

Вчера я сочинила, как нужно все сегодня будет написать, но уже успела позабыть, так что, видимо, это было не очень важно и придется опять импровизировать. В последнее время я редко выхожу из жома, а общаюсь с окружающим миром еще реже, из-за этого каждый поход на улицу сопряжен а) со стрессом, б) с невероятной бурей радостных эмоций. как это может уживаться во мне параллельно, не знаю, но как-то уживается.
Так вот, выходишь ты на улицу, смотришь по сторонам, и все тебя удивляет: люди, деревья, ветер холодный, машинки, птицы над головой летают. Ну красота. Дышишь-не надышишься, смотришь-не насмотришься. Идешь себе и думаешь о том, что вот она, жизнь-то! А не то, к чему ты уже успел привыкнуть, пока дома общался с книгами. Так что практика все-таки круче любой теории, проверять все на себе мне приятно.

А еще сегодня хорошее событие: к нам в университет приходил драматург хороший Михаил Угаров, идеолог ныне почившего уже фестиваля "Новая Драма" и худ. руководитель "Театра.DOC", которые перевернули наши закосневшие представления о современном театре. Он просто прекрасный, такой очаровательный дядечка с бородой и в очках, который интересно все показывает руками и рассказывает так по-свойски и очень по-доброму. Думаю, что студенты-актеры, с которыми он занимается с этого года, его очень любят, потому что он открывает новые горизонты искусства и помогает человеку раскрыться как личности через разные интересные штуки. Разговор получился по-моему очень плодотворный, особенно если перевести его на более широкие рельсы всего актуального искусства в целом, мы с Димой проспорили об этом всю обратную дорогу домой.
Кстати, Диме тоже очень понравилось, что меня не может не радовать, потому что я все время боюсь, что ему все то, чем я занимаюсь, кажется чем-то невообразимо занудным и элитарным. Он, конечно, любит посмеяться над теми, кто произносит высокопарые речи, но все-таки он не совсем отрицает гуманитарное образование, значит, ему это тоже где-то интересно.
А я, конечно, каждый раз сталкиваясь с актуальной культурой, с одной стороны впадаю в ступор, потому что никакое образование разобраться во всем этом совершенно не помогает, да и не должно, а с другой стороны меня охватывает жуткое любопытство и азарт, чтобы докопаться до сути. Главное, конечно, что за сегодня я поняла, это что современное искусство, отказываясь от догматов, предоставляет зрителю полную свободу интерпретаций, приводя его этим в полное замешательство, и что театр - это очень серьезная вещь в том смысле, что театр - это давно уже не развлечение, не "приятно проведенный вечер", а это сама жизнь, которая просто на какой-то момент выхватывается из общего потока и оказывается под нашим внимательным взором. "Пьеса – это ловушка для поимки жизненной правды", прозвучала сегодня цитата Теннесси Уильямса. И это именно то, какой театр я хочу видеть и знать. Это отказ от салонности, классической школы, где все картинно, рисованно, неправдоподобно. Чистый психологизм, люди, живые и настоящие - вот что такое сегодня театр "новой драмы". И это настоящее актуальное искусство.

вот как выглядит наш герой:



Теперь с новым зарядом энергии и энтузиазма, я опять принимаюсь искать и искать то, что мне нужно. Новые творческие люди всегда на меня действуют очень благотворно, сразу хочется бросится с головой в пучину жизни и начать что-то делать самой, не оглядываясь на прошлое. Чего и вам, друзья, желаю.

Да, вот еще что. Знаете ли вы про акцию "Стихи в кармане"? Если товарищам нижегородцам интересно, я могу взять стихов и привезти. Да, пожалуй так и сделаю.

Еще раз, кажется, повторюсь, но чем больше сталкиваюсь с сокровенным разных людей, тем яснее становится, что проблема самоидентификации в этом мире, проблема своего места и условно называемая "как же перестать всем завидоваться и быть просто собой", так вот эта проблема есть почти у всех, и она совсем-совсем одинаковая, причем она постигает как правило людей, которым есть, чем гордиться, за что себя уважать, и которые точно не просто так тут небо коптят. Может быть это какая-то основополагающая современной, развитой, адекватно оценивающей себя личности? Может это один из аспектов ты-ментальности, когда "я" без "ты" уже не может быть полноценным? То есть сначала ты ищешь-ищешь это свое "я", а потом оказывается, что не в этом счастье, друг, и что надо смотреть в другую сторону. Эдакая борьба между личным эгоизмом и сверхличной толерантностью.
Или это просто от сверхамбициозности, от желания выйти за любые, какие бы то ни было рамки, и от невозможности за эти самые рамки выйти, хотя бы, например, из собственного тела?
Паталогическое это явление или норма? Если ориентироваться на масштабность такого процесса - вроде бы норма. Но разве это может быть нормальным, чтобы человек всю жизнь сам себя несчастным делал? Или без этого невозможно личностного роста, а это как тревожный звоночек? А может это просто комплекс неполноценности? Или... взросление?

Видимо, я никогда не стану, например, журналистом, который будет интересно раскрывать какие-либо факты, потому что сама задаю только сплошные вопросы и непростительно в этом то, что сама я не знаю на них ответа. Кто разберется?..

Для меня слово всегда было чем-то особенным. Я с детства много читаю, люблю рассуждать и очень интересуюсь языками. Но все же отношения мои со словами не отличаются легкостью и прозрачностью. Последние несколько лет, когда слова стали для меня не просто увлечением, но серьезным трудом, я поняла, что мой уровень владения языком отнюдь не на высоте, по крайней мере не на такой, как я привыкла о себе считать. Впервые в жизни я столкнулась с тем, что мне не хватает слов, чтобы что-то описать или объяснить в том виде, как это представляется у меня в голове. И самое обидное, что слова-то эти у меня на самом деле есть, но их никогда не бывает под рукой в нужный момент. Более сносно дале обстоят с языком письменным, однако и здесь не все гладко. Мне никогда не хватало логичности и последовательности в моих выкладках на какую угодно тему, так как я никогда не заморачивалась и не прибегала к использованию планов. С планированием у меня вообще по жизни туго. Обычно я все делаю так, как бог на душу положит, и, собственно, в этом и кроется корень проблемы.

Поняв, что словами все равно я не добьюсь полного самоудовлетворения, я решила посвятить себя другому аспекту существования. Я сосредоточилась на своих ощущениях. То есть я решила, что хватит пытаться все подробно описать и объяснить для себя самой, надо просто наслаждаться происходящим вокруг. И мне это даже иногда вполне удается, если бы не одно но. Все устройство моей жизни нацелено только на одно - на получение удовольствия. Сразу оговорюсь, что это, само собой, не только такие банальные вещи как жрать и трахаться, тут все гораздо тоньше, у меня полно разных необычных на первый взгляд способов получения удовольствия, как то: разглядывать небо, чесать спину, есть помидоры, готовить, вязать... Короче, делать то, что хочется и нравится именно сейчас. И все бы хорошо, но тут таится одна серьезная опасность - я не могу делать то, что мне не хочется и не нравится. Я просто не в состоянии себя заставить. Я буду искать любой способ либо вообще избежать неприятного занятия, либо как можно скорее с ним разделаться. Ну или как вариант, оттягивать до последнего. Разумеется, с подобным подходом мне пришлось пойти на различные ухищрения, чтобы не превратиться в обломова - я научилась находить приятные стороны почти во всем, с чем мне приходится сталкиваться. Конечно, это прекрасно, что я развила в себе способность самомотивации, но тут есть сложность: я очень сильно завишу от внутренного состояния и своего настрония. Потому что если состояние у меня подавленное, то тут уж ничего поделать уже нельзя. И, собственно, это очень влияет на мою способность, например, теми же словами пользоваться. Потому что заставить себя потрудиться над чем-то и получить от этого удовольствие я могу, а вот заставить себя импровизировать (в более широком смысле - в общении с людьми вообще) я не умею. Поэтому общение, например, с малознакомыми людьми, или изложение материала на какую-то тему без возможности заранее ее обдумать, а так же просто разговор без настроения вызвают у меня ступор и, как следствие, замкнутость в себе и (увы, увы) самокопание.

Я подумала над тем, что с этим можно сделать. Как вариант, можно заранее продумывать текст. Так же, пользуясь этим, как вспомогательной ступенькой, нужно развивать в себе навыки коммуникации. И, конечно же, заставлять себя как можно больше писать, только дав себе труд продумать, о чем, собственно говоря, писать. При этом писать нужно не о том, к чему я так привыкла: "вот я сегодня подумала, вот я сегодня увидела..", так как это заставляет меня как раз отступиться от моего принципа стараться все оставлять на уровне ощущений, не переводя в рефлексию, по крайней мере нарочитую. Потому что я вбирают опыт как-то сама, как губка впитывает воду, то есть мне не обязательно обсуждать происходящее даже с самой собой, чтобы он отложился у меня, это происходит больше на уровне какого-то полубессознательного.

А письменные размышления нужно вести на вполне определенные и заданные самой себе темы, следя за тем, чтобы не растекаться и соблюдать хотя бы условную логичность. Как, например, раньше, я писала свои впечатления от посещенных концертов, стараясь сделать их, во-первых, более-менее структурированными, а во-вторых изложить их политературней и покрасочней. Я все-таки умею писать и слова для меня многое значат, но мне ужасно не хватает самодисциплины, а может, и еще чего-то, не знаю. Я стремлюсь к объективной оценке своих способностей. И это, кстати говоря, очень трудно.

Кстати, я бы хотела узнать ваше мнение на этот счет. Как вы сами оцениваете свои способности?

Потому что у меня, например, шкала может скакать от "я вообще ничего не могу, не умею и зачем я вообще только родилась-то" до "да я вообще могу всеееее! надо только нормально постараться". Второй настрой может показаться более правильным, но часто я не знаю до конца, что мне самой нужно, точнее мне нужно и интересно сразу такое количество вещей, что работать над ними всеми мне не хватит ни сил, ни способности себя мотивировать. А делать что-то в ущерб чему-то другому меня расстраивает. Тут проявляется дуальность моей сущности, потому что у меня никогда не бывает окончательной и твердой оценки (или почти никогда), я всегда мечусь между двумя правдами (и хорошо если только двумя), потому как, к несчастью, наделена способностью понимать обе стороны. То есть, это хорошо, что я многое понимаю без лишних объяснений, но плохо, что своей четкой позиции я никогда не имею. Тверже надо быть, тверже и увереннее. В себе самой, в первую очередь. Наверное, иногда просто не хватает терпения как следует разобраться, хотя кажется, что я как будто только этим всю свою жизнь и занимаюсь.

Черт, похоже, мои бесконечные изыскания все-таки зашли в тупик и мне было бы ОЧЕНЬ важно и нужно послушать сейчас ваше мнение о том, что стоило бы делать в подобной ситуации, потому что советы действительно помогают, особенно, когда ты их очень ждешь. Это если вам было не лень (а это уже подвиг) прочитать все целиком.

30 июля, четверг

Нашла у себя на компе неопознанный трек, записанный кустарным способом. Долго сидела и вспоминала, играли ли что-то подобное ЯВС, потому что совершенно узнаваем стиль игры Ивана. Потом догнала, что это запись с Митозом. Для меня это так странно: я лучше всего узнала барабаны.


UPD. Группы поддержки каких-нибудь анонимных наркоманов или любителей анального секса действительно работают. Когда ты понимаешь, что ты не один во вселенной со своей проблемой и даже, на секундочку, КОМУ-ТО ЕЩЕ ХУЖЕ, ЧЕМ ТЕБЕ, сразу становится в сто раз спокойней и проще. Поэтому неудачники тянутся друг к другу. И вместе стараются пережить жизненные бури. Просто понимаете, меня добавила девочка, а у нее тараканы в голове - ну точь-в-точь мои. Удивительно, каким чутьем она поняла это.

29 июля, среда

Я так давно копаюсь в одних и тех же своих заморочках, что говорить о них уже сводит зубы. Я вязну в своем чувстве неудовлетворенности собой, как муха в киселе. Каждый раз, когда кажется, что мне уже почти удалось от него отделаться, оно возвращается с новой силой, и толчком к этому может быть любая несущественная мелочь, во всем я могу прочесть намек на собственную несостоятельность в чем-либо. И переживаю это до безумия болезненно, это чересчур гипертрофированная чувствительность выматывает меня и Димана, который уже просто не может находиться рядом со мной, когда со мной случается очередной приступ самобичевания, потому что тогда всю свою боль и агрессию я выливаю на него, так как не чувствую в нем слабины, дающей мне успокоения. Мы ругаемся. Бог мой, как же мы ругаемся! Мы можем неделю жить просто душа в душу, без единого конфиликта, а потом происходит ужасных масштабов скандал, и кажется, что все разрушается просто на глазах. А это всего лишь следствие моей неуравновешенной психики. Я знаю, что это все моя вина, и это знание запускает кольцо терзаний снова и снова.

Говорить, что "пора уже что-то с этим делать" - пустой звук. Но в моменты прояснений, когда я могу себя контролировать и отдавать отчет в своих действиях, я знаю, куда следует двигаться. По крайней мере, сейчас у меня есть внутри такая уверенность.
Я должна вообще забыть о себе. Забыть, что есть "я", которому что-то нужно. Мне Антон дал книгу, которая обобщает все буддисткие традиции в одно емкое центральное учение. Я только начала ее читать, а мне уже стало спокойнее. В выходные мы отправимся в путешествие, которое должно стать моим большим и серьезным путем, а так же отличным летним приключением. Я увижу горы, увижу море, я проверю себя и узнаю людей.

Отбросить все.

7 июля, вторник.

Сегодня у меня начались наконец-то летние каникулы. А писать сюда мне как-то надоело. Поэтому каникулы, так каникулы. Не знаю, где я буду, и чем буду занята, но писать что-то буду вряд ли. Хотя не знаю, мало ли что.
В общем, пусть у вас все будет хорошо этим летом. И у меня тоже.
<3

6 июля, понедельник

Гуляла в центре, там все перекрыли, конечно, я жутко ругалась и недоумевала, кто это такой умный тут приехал. Потом видела огромную процессию с мигалками, из-за которой и был весь сыр-бор, и черную тачку с российский и американским флагами. Сейчас вот прочитала, что это, оказывается, сам Обама к нам пожаловал. Приехал-то, приехал, молодец, а что людям нормально по городу не дают перемещаться, это разждражает ужасно. Как будто все в радиусе километра от Кремля нашему правительству принадлежит. И вообще, такая жуткая помпа, как будто это не человек, а полубог какой-то. Противно.
Еще грустная новость - умер Василий Аксенов. Я ужасно расстроена, даже не знаю, почему. Я смотрела с ним "Школу злословия", он ужасно трогательный был, и вообще было как-то радостно, что кто-то еще жив из того поколения. Живой классик. Теперь еще на одного светлого человека в мире меньше.

Сплошное "фу", вобщем, а не день. У меня тоже ничего хорошего, с универом опять не ясно, ничего из намеченного не сделала. Нашла вот хороший сайт с классической французской и не только литературой, может, нужен кому.
Пойду сейчас "Механическое пианино" дочитывать. Только в книгах и нахожу забытье. Грустно.

4 июля.

А знаете, о чем еще я вчера подумала на американских горках? Я подумала: "Вот так я могу умереть." И значило это вот что: я со страшной силой почувствовала, что умереть можно действительно в любую секунду, и ты даже при этом не будешь ничего понимать, и уж тем более - контролировать. Что мы вообще нихрена не контролируем тут, а нас все время куда-то тащит и тянет огромная сила, про которую мы ничего не знаем. Думать, что ты чем-то управляешь - иллюзия. Вот что я вчера успела подумать за сотые доли секунды.
А сегодня мне приснился сон, в котором было много всего, в частности, там были огромные страшные аллигаторы, которые, как киты плескались в океане. Я знаю, что аллигаторов не бывает в открытом море, но от этого они были не менее страшные. В принципе, для большей правдоподобности их можно заменить на стаю акул. Так вот, я видела этих аллигаторов далеко сверху, как будто съемка велась с самолета. Я смотрела на них с благоговейным ужасом и думала: "А ведь люди, которые сняли это, они же рисковали, что самолет, например, может упасть в воду, и аллигаторы тогда их сожрут, и должны были это понимать". То есть, понимать и осознавать риск, и все равно на него идти - это совсем не тоже самое, чем когда тебя просто тащит куда-то огромная мощная ручища высшей силы. Причем, не очень важно, что это за сила, в данном случае это была бы сначала сила притяжения земли, а потом сила сжимающихся челюстей аллигаторов. Однако, кто-то же все равно это делает - идет на риск. И теперь стало ясно, что самое важное - научиться бороться со своим страхом перед окружающим миром. Силы вокруг слишком много, а я одна. И нужно что-то делать. Чтобы быть смелее, надо стать сильнее. Во всех аспектах.

3 июля, пятница.

Я встретилась с хорошей-хорошей Машей, и мы покатались на самых высоких и страшных американских горках, какие только есть в Парке Горького. И после поездки у меня отнялись руки и ноги, зато жизнь стала казаться слаще раз в пять. Это было реально страшно, но, как ни странно, не в момент мертвых петель, а когда вагонетка шла отвесно вниз винтом, и мотало из стороны в стороны на дикой скорости. Вобщем, американские горки - это ух. Я теперь еще подумаю, прыгать ли мне с парашютом, что-то я слабовата.

Потом с Машей пошли выпить в ОГИ, и я попробовала вкуснейший коктейль Пино Колада, так как пора уже открывать для себя что-то новое. Может, он не везде такой вкусный, я не знаю. Но если что - теперь вы знаете, куда идти. Разумеется, мы вывалили друг другу всю свою жизнь начиная с десятилетного возраста и до момента встречи. И это классно, когда можно говорить и слушать, слушать и говорить, а темы не переводятся, и еще минимум раз пять не переведутся, потому что многое успевает случиться. Потом она открыла для меня еще одну классную штуку - пирожные, которые называются макароны. Это, похоже, будет теперь моим секретным лакомством, а еще они отлично годятся в подарок. Я этого не говорила, тссс. Мы сидели в кафе-булочной рядышком на высоких стульях, я облокотилась локтем на стол-подоконник и смотрела в темную дождливую улицу, а у нас было тепло, светло, пахло вкусностями и чай разлит по чашечкам. Заходили разные люди, покупали что-то и выходили обратно во мрак, а мы все сидели и сидели.. и было очень уютно так сидеть.

На улице сыро после дождя, тихо и невыносимо сладко пахнет липой и свежестью. Я шла домой, опять слушала Lamb, опять долго-долго пялилась на отсветы на деревьях, которые бросает на них неоновая вывеска креста с аптеки. Это мое любимое место и время. Звуки, запахи, свет - все превращается в волшебство, и не верится, что есть какая-то другая реальность, кроме этой. Мир прекрасен, но только до момента, когда переступаешь порог дома. Тут опять обрушивается все, от чего я бежала в течение всего длинного и насыщенного светлой радостью дня. Нет, не надо так. Сила, сила, где ты? Это всего лишь испытание. Мне больно, но это пройдет.



upd. О, и кстати, у Маши тоже прекрасный твиттер!

2 июля, четверг

Сегодня у меня был один из самых дерьмовых дней в моей жизни. Поэтому, придя домой, я сделала себе кофе с гашишом, а завтра просто обязана пойти кататься на американских горках. Мне кажется, я самое несуразное и восхитительное существо на свете.

Еще все срочно читайте мои бредни на твиттере!

upd. Да нет, на самом деле я просто самый-пресамый неудачник.

28 июня, воскресение.

Нужно ли писать, когда захлебываешься в свежих и острых воспоминаниях, но говорить о них не хочется, а хочется просто погружать внутрь раз за разом? Наверное, знакомо: бывают такие дни, что мечтаешь только об одном - пусть этот день никогда не закончится, пусть именно в этой точке отсчет времени собьется, и начнется новый день сурка. И еще знаешь, что ради таких дней точно стоит рождаться.
Вчера проводили Надю, потом всю ночь пили впятером у Ивана и Насти, играли в покер и смеялись до утра. Потом я отоспалась у Антона, посидела у Саши, вечером мы с ним пошли в театр на "Июль". Все это - один очень длинный-длинный день. Каждая секундочка стоит того, чтобы схватить ее и пришить тройным крестиком, чтобы она не потерялась, а была навечно рядом. Спасибо. Сейчас грустно и хочется с головой под одеяло.

When the party is over, you've got no way to go

27 июня, суббота.

Читаю "Философию Энди Уорхолла", и это помогает мне вновь начать интересоваться окружающим миром - я сравниваю свои мысли и ощущения по тому или иному поводу с тем, что говорит об этом Энди. Многое, что казалось очень сложным, вдруг ощущается как нечто очевидное. И еще становится опять увлекательным просто наблюдать за людьми.

Читаю с экрана PSP, это создает определенные неудобства, но есть пара неопровержимых плюсов - она немного весит, в отличие от многих интересных книг, возможность читать значительно расширяется, потому что многие книги уже практически невозможно найти в бумаге, если тираж закончился несколько лет назад, а читать в библиотеке что-то подобное - сами понимаете, ну странно это. И еще, когда ты читаешь электронные книжки, никто не знает, что ты читашь. Точнее, в моем случае большинство даже не догадывается, что я вообще что-то читаю. Почему-то мне не хотелось бы, чтобы люди судили меня по обложкам книг. которые я дуржу в руках, хотя иногда и подмывает повыпендриваться чем-то невообразимо недоступным для "всех этих обывателей". Но сама при этом я обожаю смотреть, кто что читает, и если это что-то незаурядное, то строить догадки, что это за человек. Несколько дней назад, например, в метро рядом со мной сидела девушка с огромным подарком, завернутым в серебристую бумагу, наверху которого красовался бант. Она достала из сумки, и принялась читать учебник по ивриту, а я разглядывала непонятные закорючки краем глаза и думала, что они очень сильно контрастируют с привычными надписями на русском, обозначающими заголовки и перевод слов. Какое-то столкновение двух миров прямо.

26 июня, пятница

Все, как всегда, получилось не так, как задумывалось, я завалилась-таки спать, проснувшись заказала себе книжки, выяснила, что поход на концерт сегодня сорвался, позанималась своей ерундой, собралась и пошла на улицу. Шла по дороге, слушала Mewithoutyou и думала, почему же мне все так сильно не нравится. И вдруг поняла, что единственное, что может мне помочь в такой ситуации - это немедленно поехать в зоопарк общаться с животными. На полпути я вернулась домой, взяла "Зенит" и заодно пленки, чтобы сдать их в проявку, немного переоделась и довольная вышла на улицу. Дойдя до угла дома, поняла, что забыла дома плеер. Стала во второй раз возвращаться, и выяснилось, что вместе с плеером дома остались и ключи. Ну я решила не париться, и сразу поехала уже в зоопарк. На улице 1905 года сдала пленки и зашла в Мак пообедать, потому что там вроде как есть wi-fi, а я хотела посмотреть что-нибудь в интернете, пока ем. Но увы, wi-fi работал как-то странно, зато я стала общаться с наглыми воробьями, попрошайничающими на улице, и фотографировала их, а еще стала свидетелем серьезного столкновения двух машин. Первый раз такое вижу. У одной весь перед был просто смят, сразу после аварии она задымилась, вторую как-то перекосило. Серьезно, слава богу, никто не пострадал, но девушка-водитель одной из машин ходила, приложив компресс к голове. Толпа зевак, конечно, набежала сразу же. На любопытных смотреть даже интересней, чем на само происшествие.
В зоопарке просто чудесно. Сначала я просто общалась со зверями и смотрела на них столько, сколько хотела, но потом меня стал одолевать привычный азарт фотографа, и я стала гоняться за кадрами, перестав уже почти просто так их рассматривать. Людей как всегда полно, и все они ведут себя как-то ужасно глупо, даже не знаю, почему так. Может, на подсознательном уровне возвращаются на ступень ниже, а может наоборот это от напускного самодовольства, что мол, это мы-то цари природы, хаха. На самом деле перед зверями даже как-то стыдно за то, что люди творят в зоопарке, думая, что звери - тупые, и все равно ничего не понимают. И еще, конечно, бегают огромные толпы детей, но куда больше меня пугают не дети, а подростки, потому что они-то что делают в зоопарке, вообще непонятно, в этом возрасте человека интересует только, какое впечатление он производит на окружающих. Ну, вы понимаете, что из этого обычно получается.

Отсняла до конца одну пленку, под чутким руководством Димана по телефону сменила ее на новую катушку, ее уже тоже где-то до половины досняла, наверное. Фотографировать ужасно приятно. И особенно на пленку, потому что тогда каждый кадр обладает внушительной значимостью, ты можешь позволить себе отстраивать его по пять минут, крутясь и так и эдак, поджидая удачный момент, а не тупо щелкать все время на спуск и идти дальше. Короче говоря, пленка позволяет почувствовать себя внутри важного и интересного процесса. И результат тут уже не самое главное, хотя если он положительный, это приятно вдвойне. Появляется стимул развиваться дальше. Сейчас думаю скорей бы все проявить и посмотреть. Новость специально для Дарьи - пленка с сиськами будет готова в понедельник! Правда самой Дарьи, наверное, уже в Москве-то не будет в это время. Ну ничего, я тут решу что лучше сделать. Вообще мне кажется, что надо печатать, а не просто сканировать. Отсканировать снимок я потом и сама смогу. Печать - это очень интересно, и это НОРМАЛЬНЫЙ способ репрезентации фотографии, который в последнее время для многих стал чуть ли не роскошью. Хочется вернуться к альбомам, хотя и заполнение у них будет, конечно, уже совсем не похожее на то, что снимали наши родители в 90-е на свои мыльница и "Полароиды". Кстати, "Полароид" Димка тоже притащил, он вроде рабочий, но жаба душит покупать к нему кассеты, можно позабавиться разве что разок-другой, но вообще такая вещь меня не очень увлекает. Я уже серьезно решила разобраться, как сделать из говна конфетку при помощи "зенита", хотя меня гложут некоторые смутные сомнения, что что-то немного не то с самим объективом. Может, куплю где-нибудь в магазине подержаной техники "гелиос" вместо "индустара", чтобы просто сравнить. А еще, если когда-нибудь будут деньги, хочу повозиться с фильтрами. Но это долгосрочный план.

Рядом с домом зашла в магазин посмотреть на юбки, и неожиданно нашла очередное сумасшедшее платье, так что мне ничего другого не оставалось, как купить его. Ну и юбку в придачу. Приятно быть "не-шмоточницей", чтобы мама сама уговаривала тебя что-нибудь новенькое себе посмотреть, и никогда ни в чем не отказывала, если уж появляется желание купить себе что-то дороже пятисот рублей. Ура, скорей бы обратно тепло, я хочу всех поразить своим новым платьем, которое больше похоже на ночную рубашку. Или просто рубашку.

На этом как бы все. Мораль такова: если вам плохо, идите общаться со зверями, они творят чудеса терапии своими мордами и лапами-крыльями.

26 июня, пятница

Вчера днем я встретилась с Надей и Костей, и мы пошли в университет, чтобы решить свои мелкие вопросы. Я узнала, что мне обязательно нужно сдать курсовую до 2 июля, а иначе "это приравнивается к несданному экзамену, за это мы вобще-то отчисляем".
Потом мы пошли посидеть в кафе, хотя у Нади было не самое лучшее настроение, потому что ее неудачно подстригли. Костя любезно нас угощал. Потом подошла их общая знакомая из лицея по имени Нина Бруни, девочка, у которой в жизни есть, наверное, все. Сначала я ей заинтересовалась, она с таким упоением рассказывала о себе и об их общих знакомых, потом мне это немного наскучило. Ребята захотели устроить вечеринку в честь закрытия сессии, ну и просто потому, что Надя скоро уедет, и они долго не смогут еще раз вот так напиться все большой компанией. Стали уговаривать прийти и меня. Я, как всегда, отказывалась и ломалась, потом почему-то согласилась. Решили встретиться вечером. После кафе мы вчетвером отправились в Третьяковку на Крымском Валу, чтобы посмотреть картины художников-эмигрантов в США. Меня впечатлили несколько авторов, имен я, разумеется, не записала и не запомнила. Обратила только внимание, что в основном эмигранты были из Белоруссии или евреи. Может быть, это тоже было темой выставки, я не знаю. После я, вобще-то сильно опаздывая, поехала встретилась с Олей и передала ей бусы. Очень неловко я себя чувствовала из-за глупого опоздания, тем более, что она после работы торопилась домой к детке. Когда мы разошлись, я села на станции и стала смотреть на уходящие поезда и суетящихся людей. Вдруг мимо прошел мужчина, держа в руке книгу "Служили два товарища", которую я видела несколько дней назад. Видимо, мужчина читает эту книгу только в метро, потому что она вобщем-то тоненькая. Я приехала домой, посидела немного с мамой, договорилась с Костей, чтобы можно было остаться с ночевкой, потому что ночью мне не хотелось возвращаться, собрала всякие нужные мелочи, типа контейнер для линз и зубную щетку, и поехала. По дороге, уже подъезжая к станции, где живет Костя, встретила знакомую по университету с молодым человеком. Поговорили ни о чем, но как-то все равно стало приятно. У метро меня встретили Костя, Нина и еще мальчик Саша. А Нади не было, потому что она поругалась с Костей и уехала домой. Тут я почувствовала себя очень глупо, потому что всех, кроме Кости я видела в первый раз в жизни, он при этом продолжал вызванивать каких-то людей, а я и так-то готовилась к серьезному стрессу, в который повергает меня необходимость общения в большой компании. На самом деле, я не знаю, зачем согласилась. Надеялась, может, что будет интересно. И ну точно, это было невероятно познавательно. Я в компании каких-то чуваков, иду в гости к мальчику моей подруги пить с ночевкой, и должны прийти еще какие-то люди. Я не понимала, зачем я вообще там нужна. Звонок Наде ничего не прояснил, за исключением обещания подумать. Костя впал в жуткую истерику, мои дурацкие попытки разъяснить ему что к чему, распалили его еще больше. Он решил ночью нагрянуть к ней всем вместе с цветами и просить поехать к нему. Дома он развел настоящую панику, в это время постепенно приходили еще молодые люди - Костин друг и его одногруппники. А Костя в этот момент в неадеквате бегал по квартире и что-то кричал, размахивая руками. Тут ему позвонила Надя и сказала, что приедет. Суета сразу усилилась вдвое, Костя с одногруппником Ваней ушли за цветами, нам он поручил написать крупно "НАДЯ" на листочках бумаги, а потом выйти на улицу встречать ее. От происходящего я чувствовала себя как в театре или в дурдоме, сидела и моргала глазами, поэтому, чтобы я не мешалась, мне поручили варить макароны. В принципе, я была не важнее, чем живая мебель или домашняя зверушка в том, что происходило вокруг. Ощущения дискомфорта от того, что я была непонятно где и непонятно зачем, усиливалось, но было интересно, что будет дальше. Дальше же мы вышли с буквами на улицу, с пятой попытки правильно выстроились в нужное слово, Надя очень порадовалась, конечно, Костя вручил ей букет цветов, друг Кости Миша, который учится на актерском, еще спел при этом что-то околовоенное и ужасно торжественное. Мы пошли все домой, и там начали как-то пытаться снять ощущение дискомфорта от того, что все не очень друг с другом знакомы, посредством алкоголя. Я все это время молчала, проронив, наверное, около десяти слов за пару часов. Пара Нина-Саша, которую Костя ужасно хотел свети, отправилась в магазин за добавкой, нам стало чуть посвободней, я уже к тому времени опьянела и общаться стало попроще. В какой-то момент мне даже стало казаться, что все очень классно. Потом начались множественные рокировки, все постепенно стали разбиваться на группы, а я, как самая индифферентная, осталась сидеть с Костиными одногруппниками, которые опять-таки, вначале мне нравились, но в районе трех часов ночи они стали обсуждать Эриха Фромма и подобную чушь, я почувствовала, что мне немедленно хочется их придушить, и стала искать повод лечь спать. Еще минут через 40 мы кое-как распределились по комнатам, моими соседями были все те же любители социологии, одному из них надо было вставать в 5 утра, чтобы ехать в посольство, поэтому он решил не ложиться спать вообще. Второй в пьяном угаре сыпал непонятными терминами, говорил что-то невразумительное по-немецки, плакался, что ему стыдно перед своей строгой девушкой, которая на него обиделась, что он приехал сюда, хотя обещал, что не поедет, а потом вообще изображал на полу, что он плывет, при этом все время повторяя, что это он специально дурачится. Мужики решили смотреть какой-то дурацкий фильм в комнате, где нам отвели поспать, после долгих разбирательств, я наконец-то смогла попытаться уснуть, любитель немецкого завалился тут же на другой стороне дивана, разговаривая сам с собой, зарываясь головой под три подушки, чтобы она не так болела. Наконец, он затих. Я же ворочалась ооочень долго, но потом все же смогла как-то задремать, но минут через 20, в комнату зашли чуваки, которые искали Мишу, спавшего не с нами, но я уже проснулась, и опять стала мучительно ворочаться. Миллиард мерзких мыслей торчали у меня поперек головы, уснуть было невозможно. Я посмотрела на часы, было пять. Мальчик Ваня зашел за своей кофтой, чтобы ехать-таки в посольство, я поняла, что лучше мне тоже пойти. Встала, нацепила шарф и кеды, дожадалсь его, и мы пошли к метро. Как можно было заметить, ни контейнер для линз, ни даже зубная щетка мне не понадобились в конечном итоге.
По дороге он рассказывал, как они однажды дрались с французами, и какая это вообще мерзкая нация, в метро он сунул мне прочитать отрывок из "Искусства любить" Фромма, в котором тот утверждает, что мужчины умнее женщин, потому что они сильнее отдалены от природы, ведь им не нужно рожать, кормить и воспитывать детей, поэтому они занимаются развитием разума. Я читала и смеялась. Наверное, он рассчитывал, что меня это должно было оскорбить - то, что написал Фромм. Потом он еще рассказывал про свои социологические исследования на одногруппницах, радуясь тому, что они такие тупые. Вообще этот Ваня, видимо, несколько шовинистичен и циничен, ну да мне плевать. Потом мы разъехались, я по дороге пыталась хоть что-то понять для себя о том, что вообще со мной произошло ночью, но заключила, что решение моей проблемы - перестать думать в принципе. Вообще сейчас я чувствую себя просто омерзительно, потому что я всем существом почувствовала, что моя жизнь - абсолютно бессмысленное говно, не приносящее мне ни капли удовлетворения, потому что я постоянно чувствую себя дерьмом, особенно, когда пытаюсь вдруг себе доказать, что это не так. Первая мысль была о тяжелых наркотиках, как о возможном выходе. Но я слышала, что потом станет значительно хуже, причем довольно скоро. Я слушала Royksopp и вдруг подумала, что надо самозабвенно начать играть на басу и перестать при этом думать вообще. Я не знаю, может пить антидепрессанты, чтобы нервная система всегда была в отключке? Я даже ненавидеть людей нормально не могу, хотя они мне очень не нравятся, и все потому, что гораздо сильнее противна я сама себе. Надо чтобы просто стало похеру. Вообще на все похеру. Можно не спать, например, сейчас я в нормальном состоянии отупения, когда пальцы сами печатают, что им вздумается, а я уже не размышляю о том, что получится в конечном итоге. Вообще, конечно, нужно прочитать будет этот текст заново и вписать недостающие детали, но едва ли я буду это делать прямо сейчас. Сейчас я пойду в душ, выпью чаю, и сяду играть на басу. А потом закажу книжки в библиотеке и поеду трахаться с курсовой. Вечером надеюсь, что мы идем с Сашей на концерт в Жуковском. Потом - чернота.
Мир мною воспринимается как огромная серая дырища, которая в себя все засасывает. Я завидую тем, у кого все есть, но не потому, что они этим обладают, а потому, что они это смакуют и получают кайф от этого. Даже от самого факта, что можно сказать: "картины моего дедушки висят в Третьяковке, у меня есть дачный дом в Судаке и двойное российско-шведское гражданство". У меня впечатление, что все Надины знакомые из лицея - снобы. Меня это задевает лишь потому, что они кажутся при этом такими самодовольными и самодостаточными, а я от своего снобизма только испытываю угрызения совести, потому что откуда-то во мне вся эта христианская мораль, что никого нельзя обижать, всех надо любить, уважать и помогать.
Мерзкое лицемерие. Хочу закопаться под землю. Я жалкий социофоб.

21 июня, воскресение.

У меня выходной. [С мозга как будто на время сняли вакуумные присоски]

Музыка Royksopp похожа на мерцающие цветные лампочки. Посмотрела их видео на Happy Up Here - оказалось, они со мной согласны.

20 июня, суббота

Длинный день. Каждый раз, когда я сегодня бросала взгляд на часы, мысль приходила одна и та же: "Еще так рано! Ну надо же, как здорово!". Я боюсь, что время идет. Оно мне неподвластно и живет по каким-то своим неумолимым законам. А я играю с ним в догонялки, если везет, то и в перегонялки. Но оно все равно всегда побеждает, день заканчивается, таща за собой следующий. И все сначала - убегаешь, догоняет. Мера для оценки дня - по количеству сделанного, прочувствованного, передуманного. И теперь еще можно прибавить к этому объем записанного. Эта моя личная, внутренне важная оценка. Ловить момент, пытаясь его после переложить в другую форму.

Мама постригла мне челку. Я снова "как будто француженка", по крайней мере мне так приятней думать. Мы ходили с Димкой в магазин за продуктами, и на обратном пути я купила ей букет васильков. Они пахнут медом.
Вечером мы поехали на Поклонную гору, потому что Дима там никогда еще не был. Мы вышли из дома, а из открытого окна доносился женский кашель и звон тарелок.
На Поклонной горе сегодня гуляли выпускники, точнее больше были заметны выпускницы в открытых платьях, хотя на улице совсем-совсем нежарко, тем более вечером. Ленивые парочки прогуливаются по аллеям. Вдоль аллей растут кусты шиповника, которые уже почти осыпались. Дима сорвал один цветок и подарил мне. Он пахнет головокружительно приятно, всю дорогу я не могла от него оторваться. На одной из лавочек бывшие школьники открывали бутылку шампанского. Дима с присущим ему сарказмом решил посмотреть, как у них это получится, и позлословить. Пробка с силой вылетела и попала в меня, правда, несильно, но я в тот момент отвернулась и вообще не сразу поняла, что произошло. Вот такой я неудачник - в меня запустили пробкой от шампанского выпускнички. Но это ничего, я занюхала цветком шиповника свое расстройство. Потом мы сидели у фонтана и смотрели на закат. Ужасно приторно-романтично звучит, конечно: смотрели на закат. Но это и правда было великолепно, на Поклонной горе небо просто бескрайнее, всякие уродские небоскребы никогда до него не смогут там дотянуться, хотя московские власти и очень пыжатся ради этого. Это было похоже на созерцания масштабнейшего фильма в реальном времени: тончайшие розовые облака деловито проплывают мимо, а голубовато-фиолетовая громадина самого большого, очень высокого облака как будто нависает над тобой, и кажется, что медленно-медленно, но неотвратимо она надвигается на тебя. А в это время за деревьями по кусочкам исчезает светящийся медный фонарь-солнце. Описывать природу - неблагодарное занятие, не лучше, чем ее фотографировать. Просто это был величественный и размеренный акт умирания дня, которому до нас нет никакого дела, и от этого острее чувствуешь свою незначительность и одиночество. Что подумал обо всем это Дима, я не знаю, надеюсь, ему тоже понравилось. Потом мы пошли к метро, а в фонтанах включили красную подсветку, отчего позже, в темноте, они будут выглядеть как языки пламени, и это привлекает туристов. Мы встретили их несколько групп. Они глазеют на все подряд, и все улыбаются, так что невозможно не улыбаться в ответ. Кстати, в закатном розоватом свете волосы людей кажутся рыжеватыми, особенно - у Димки. А глаза у него зеленые. И в тот момент мы говорили, конечно, про Ирландию. А в небе над нами летел шар, который Антон назвал "китайским фонариком" - у него в корзине горит пламя, за счет чего он поднимается все выше и выше, путешествуя так сам для себя.
В метро женщина рядом со мной читала Шопенгауэра, а молодой мужчина напротив - советскую старую книжку "Служили два товарища". На улице в Перово двое мужчин разговаривали о варварских племенах (я стала интересоваться беседой, зацепившись за слово "саксы") и разрушении Рима. Ну а мы с Димой начали спорить о вредных привычках, коих, по моему мнению, у меня две - книги и сладости. Причем сладости кажутся вреднее. Если бы у меня было много-много денег, я бы себя все время баловала. Ну или не всегда, чтобы не надоело, а так, время от времени, но прямо по королевски чтобы. Хотя, я и сейчас так могу, что это я.
Рисуем карандашами второй день подряд.

Эта запись сделана при помощи маленьких заметочек, которые я оставляла для себя в течении дня, чтобы не забыть что-то важное. Хотя важное, наверное, не в этом, а во всем сразу. Но я когда-нибудь научусь говорить то, что нужно, а не все подряд. Тогда все станет чуточку понятней.

18 июня, четверг

Постоянная близость - это тяжело. Это почти невыносимо, твое личное пространство стремится к нулю, и порой даже кажется, что ты теряешь самого себя, растворяясь в другом. Не знаю, как люди к этому привыкают, и как вообще к этому можно привыкнуть. Мы боремся с собой и друг другом за свободу, душа друг друга. И при этом занимаемся разными повседневными, невинными делами. Едим суп и пьем чай за одним столом, разговариваем, читаем, сидя на одном диване, занимаемся сексом, гуляем, фотографируем друг друга и других людей, играем в компьютерные игры.
Сегодня я забрала еще одну пленку из проявки, которую снимала на "Зенит". Само собой, лучшие снимки уже просочились в сеть и были оценены по достоинству, так что я не буду заниматься самоповтором. Что касается моей собственной оценки, то у меня, конечно, уже стали получаться снимки нормального качества, то есть с настройками я более-менее разобралась, а вот внутренне наполнение кадра пока что зависит абсолютно от случая. Конечно, фотографирование на пленку всегда остается в какой-то степени игрой в рулетку, и все же нужно уметь просчитывать ходы. Мне же композиция вообще неведома. Дима велит отснять еще километры пленки, и тогда мне должна открыться истина. Я боюсь, что меня на это может не хватить, с усидчивостью у меня всегда были проблемы.
Еще я попробовала поиграть на басу. Вот это, скажу я вам - полный восторг. Даже сама не знаю почему. Просто потому, наверное, что это какая-то новая деятельность, а я всегда сначала боюсь браться, потом если уж берусь, то начинаю просто самозабвенно сходить по этому с ума, радуясь, что появляется такой просторище для самовыражения. Но после того как я испробую все свои 10-15 идей, которые успели придти мне в голову, и становится ясно, что теперь настало время упорной работы, чтобы достичь новых высот - вот тут-то и поджидает меня засада с неусидчивостью. Поэтому я мало в чем добилась хоть каких-то значительных успехов. Но если отбросить всю рефлексию, то я прекрасно повеселилась сама с собой, пальцы, как водится, на руке болят и распухли, зато чувство, что можно СО-ЧИ-НЯТЬ! окрыляет. Диман с ехидной улыбкой сказал, что будет воровать мои партии. Ну класс, это звучит как признание. И вообще, ученица я талантливая, но такая ленивая. И ругаться бесполезно. Сама себе божий бич какой-то.
Вечером пошли гулять с С. Все было неплохо, но что-то не в порядке. А может быть, это я не в порядке, ничего не понимаю. Отношения запутываются как-то сами собой, но думать об этом сильно не хочется. Потом с Димой шли от метро и спорили о продажном правительстве и экологических проблемах. Ха-ха. Сделайте с нами что-нибудь. Все ведь на самом деле не так уж плохо, просто выхлопа пока что нет вовсе никакого.
А, еще мы с ним сегодня рисовали цветными карандашами кто что хотел. У меня получилась цветущая полянка, а у Димки - дома с разноцветными окошками. Мне нравится рисовать. После того, как Майя научила меня хитрому секрету, даже самое лажовое художество становится беспроигрышным. А что за секрет, я вам не скажу, догадайтесь сами!

В постскриптуме прошу неленивых написать тексты каких-нибудь считалочек из детства. Я помню более-менее про месяц из тумана и про машину темным лесом.

13 июня, суббота

Сегодня много фоток штучек, и больше ничего. А почему? А потому что говорить нечего. Димка вон спит, ужасно мило. А еще Илья и Дарья просто восхитительные. Хотя нет, к ним такое слово не подходит. Они охуенные. Ну а я - самое настоящее унылое дерьмо. Жизнь превратилась в пародию на саму себя, я сдулась, и у меня случилось новое обострение.
Так что смотрите лучше фоточки.
( штучки )

10 июня, среда

Быть одной возмутительно приятно. Съездила к маме в больничку, обсудила с ней последние новости, развлекла ее, чем могла, обещалась приехать завтра. Она опять просила привезти ей кучу всего. Потом пошла пешком вдоль трамвайных путей, в вихре белого пушистого тополиного снега, от которого ужасно чешется нос, а настроение получается такое задумчиво-романтическое, особенно под некоторые вещи Xiu Xiu. Потом купила целую кучу разноцветных вощеных шнуров, теперь запасов хватит надо-о-олго. В трамвае стояла у окна и пялилась на облачное небо, уверяю вас, это потрясающее удовольствие. Купила себе в магазине рядом с домом мороженку, теперь сижу и радуюсь, что все так хорошо. Хотя на самом деле, еще утром настроение было просто отвратительное, было лень шевелиться и жить. Одинокие прогулки пешком с разглядыванием окружающих меня всегда бодрят. Честно говоря, я бы хотела рассказать вам буквально про каждого, кто мне сегодня встретился, потому что какие-то типичные черточки, детальки - это самое интересное, но моих описательных способностей на это явно не хватит. По идее нужно записывать свои зарисовки сразу в блокнот, но я же слишком ленива для этого, а впоследствии без подготовки воспроизвести что-то трудно.
Вот, доделала вчера сумасшедший подарок для Д., ужасно хочу его показать и спросить, как он вам покажется, но боюсь, что Д. - шпиён и непослушно полезет подсматривать под кат. А первая реакция мне очень интересна. Так что сфотографирую, а выложу все потом, уже после встречи Д. с подарком.

В больнице, когда я уже двигалась к выходу, мне путь преградили медсестры, везущие на каталке человека, накрытого простыней. Я ждала, когда дорога освободится, и почему-то сосредоточила свое внимание на пальцах ног лежащего, таких страшных, заскорузлых, так что не услышала, сразу как мне кричали, что там проход закрыт. Я вышла с другой стороны и вдруг подумала: "А вдруг это был...?" Додумать до конца не смогла. Ощущение внутри было неприятное такое, но ужаса какого-то не было, тем более, что я могла ошибаться. Все показалось как-то убийственно естественно. Только вот эти пальцы из головы никак не шли...
Еще на улице столько больных и несчастных людей, особенно часто они встречаются в транспорте. Я полдня каталась на трамвае, столько грустных вещей видела. Всегда, когда я на подобное натыкаюсь, хочется поскорее не думать, забыть, сделать вид, что ничего такого нет. Страшно мне и от того, что я вижу, и от собственной трусости и ощущения беспомощности. А сегодня остро захотелось подойти к одному человеку и пожалеть его, хотя на что ему моя жалость? Вот поддержка, помощь - другое дело, но я слишком труслива для таких великих вещей. Хотя знаю-знаю, нельзя так говорить, это всего лишь попытка снять с себя вину, мол, не могу, не умею - какой с меня спрос. Сама-то с себя я спрошу, ни на что не посмотрю. А вы как-нибудь с этим боретесь?

Я очень беспокоюсь об С. Наверное, не стоило бы уделять этому столько внимания, но я действительно переживаю, что теперь будет дальше, если конечно, дальше вообще что-то будет. Отношения испорчены, и мне от этого тяжело, потому что просто так перешагнуть через свою вескую обиду я не могу, а разрешить ее мы вряд ли сможем, учитывая, как он идет на контакт. Вобщем ладно, не стоит об этом. Только выкинуть все это из головы тоже не получается.

Кстати, я началу потихоньку пытаться если не медитировать, то хотя бы заниматься очисткой сознания. В моменты, когда вообще уже просто невозможно что-то выносить или просто надо успокоиться, я сосредотачиваю внимание на дыхании и начинаю считать выдохи. Досчитываю до десяти и начинаю заново. Если сбиваюсь или начинаю думать - все сначала. Уже на третий раз нервы значительно успокаиваются, сознание становится ровным. Дома так, сидя в позе лотоса и глядя в одну точку, у меня не получается, я слишком беспокойная. Но все-таки, я чуточку научилось контролировать себя: маленькая, но победа. А йога помогает расслабиться и вообще отключиться от всего окружающего, но, увы, я могу ей заниматься только когда никого нет дома, или когда, по крайней мере, все делают что-то в таком месте, что не могут мне помешать. А это случается вобщем-то нечасто, это в последние дни у меня такая счастливая пора. Завтра уже приедет Дима, вернется из командировки Леша, а к понедельнику и маму выпишут. И все опять вернется на круги своя. Ну это и не плохо совсем.
Да, я все еще борюсь с ветряной мельницей привычки всей моей семьи курить. Маме сегодня опять сделала выговор, пожаловалась на Диму. Она, конечно, сказала, что мол, ему надо бросать, да-да. Ну конечно, Диман про маму тоже самое говорит. Про всех-то мы беспокоимся, а про себя что? В чужом глазу соломинку заметили. Что касается меня, я стремлюсь, чтобы слова все-таки с делом не расходились, не всегда, правда, верна всем своим устоям, но что такое колбаса я уже навеки забыла. Тоже, в принципе, маленькая победа. Вот закрою сессию - случится большая победа. Просто-таки капитальная. Сначала я хотела на радостях себе после нее сделать татуировку, но сейчас уже как-то раздумала, мне еще не хватает внутренней убежденности в необходимости этого акта, так что обойдусь просто классной стрижкой. И надо прибавить к этому какое-нибудь маленькое, но хорошее безумство. Варианты?

Включила крутую My Marshell громко-громко и прыгаю. Классно как!